Поршнева О.С., Поршнев С.В. (Н. Тагил)

К ВОПРОСУ ОБ АТРИБУЦИИ ТЕКСТОВ ЗАПИСЕЙ СОЛДАТСКИХ РАЗГОВОРОВ С.З. ФЕДОРЧЕНКО

Современный арсенал методов изучения социальной истории, и, прежде всего, социокультурной проблематики, включает подходы и наработки смежных социальных и гуманитарных наук, естественнонаучных дисциплин. "Непрозрачность" социальной реальности, имеющей знаково-символическое выражение, определяет продуктивность использования методов анализа символических систем, имеющихся в распоряжении семиотики и лингвистики. Точные методы изучения языка и других знаковых систем внутренне присущи указанным сферам знания, однако один из наиболее эффективных инструментов исследования источников для изучения социальной реальности в ее человеческом измерении дает квантитативная лингвистика ? особое научное направление, позволяющее с помощью математических методов выявить и определить характер связи между количественной и качественной (содержательно-смысловой) сторонами языка. Последнее, в свою очередь, позволяет решать широкий круг задач: определение социальной среды и времени создания источника, его авторства, подлинности, репрезентативности, менталитета создателя, социальной группы и целой исторической эпохи.

Как известно, проблема определения качественной, сущностно-содержательной репрезентативности исторического источника может быть решена двумя способами: содержательно-историческим (исследование истории создания и судьбы исторического источника) и математическим, позволяющим с максимальной точностью и объективностью ответить на вопрос о характере и сущностной представительности содержащихся в нем данных с точки зрения задач исследования. Математические методы, позволяющие решить вопрос атрибуции текста исторического источника, а, следовательно, его репрезентативности с точки зрения поставленных задач, имеются в распоряжении квантитативной лингвистики. Мы обратились к ним для более глубокой проработки и решения вопроса об атрибуции текстов записей солдатских разговоров, сделанных в годы Первой мировой войны медсестрой С.З. Федорченко.

Этот вопрос вызывает разногласия и споры специалистов в области социальной истории и военно-исторической антропологии. В историографии существуют два подхода к использованию и определению характера этого источника ? как разновидности документов литературно-мемуарного жанра, автором которого является С.З. Федорченко (со всеми присущими им особенностями, достоинствами и недостатками(1)) и как совокупности документальных материалов "устной истории", созданных в ходе войны сестрой милосердия на основе фиксации подлинных разговоров, рассказов, рассуждений, песен солдат (2).

На наш взгляд, книги С.З. Федорченко, объединенные общим названием "Народ на войне", в которых приведены услышанные медсестрой в госпитале высказывания и разговоры раненых и больных солдат, являются уникальным сборником "устной истории" (3). К сущностно-исторической аргументации этого положения мы относим следующие выводы, сделанные нами на основе анализа истории создания и судьбы текстов С.З. Федорченко. Во-первых, сама методика ведения записей и написания книг заключалась в том, что первоначально осуществлялась минимальная фиксация разговоров и рассказов, которые затем "разворачивались" по памяти. Последняя, по свидетельствам современников, была у С. Федорченко феноменальной(4). После этого производилось сокращение высказывания с сохранением не только его смысла, но и специфической лексики, чему способствовало прекрасное знание автором народной жизни, тесное общение с народом в течение ряда лет, в том числе на фронте. Во-вторых, мы исходили из того, что заявление С. Федорченко о своем авторстве, сделанное в 1927 г. во изменение первоначальной характеристики своих работ как записей солдатских разговоров, было полемическим ответом на умаление ее творческой роли, проделанного труда, распространившееся в различных публикациях в 20-е гг., когда ее стали называть простой "стенографисткой" солдатских разговоров, использовать тексты без ссылки на сборники. Позже, характеризуя свою работу, она признавала наличие первоначальных записей. В одной из ее записных книжек, хранящихся в Центральном государственном архиве литературы и искусства (ЦГАЛИ), мы можем найти пометки о конкретных людях - тех, от кого были услышаны рассказы (5). В-третьих, к выводу о подлинности собранных в книгах С. Федорченко текстов, их аутентичности, соответствии народным настроениям и народной лексике пришли сразу же после их публикации (первой книги ? в 1917 г., остальных ? в 1925 г.) писатели, общественные деятели, в частности, А. Блок, М. Горький, Д. Бедный, Н. Асеев (6). В 1927 г. литератор И. Василевский провел сравнительный текстуальный анализ высказываний, приведенных в книге, и солдатских писем, помещенных в сборнике документов "Солдатские письма 1917 г." М., 1927, в результате которого пришел к выводу: "То, что мы читаем у Федорченко, детально совпадает и по тону, и по содержанию, по идее с письмами солдат" (7). Уже эти аргументы дают определенное основание для вывода: работу С. Федорченко нельзя назвать в строгом смысле научно-этнографической, но художественно-этнографической она в полной мере являлась.

Для проверки сделанного вывода, более убедительного и точного обоснования своей позиции (или выработки новой) мы решили использовать методы квантитативной лингвистики. Импульс к этому дал сравнительный анализ текстов, приведенных в книгах С. Федорченко, и документальных записей солдатских разговоров, фольклора, сделанных военным врачом и писателем Л.Н. Войтоловским в его походном дневнике 1914 - 1915 гг. (8). Поразило совпадение лексики солдатских разговоров, зафиксированных разными авторами, писем самих нижних чинов, свидетельствующее о существовании не только типичных реакций на определенные ситуации в их среде, но и о сходных механизмах, автоматизмах и стереотипах мышления, присущих массам, одетым в серые шинели (9).

Нами была выдвинута гипотеза, что при наличии индивидуальной "призмы восприятия" солдатских разговоров у разных их свидетелей (в нашем случае ? С. Федорченко и Л. Войтоловского) совпадение языковой структуры и стиля текстов их записей должно свидетельствовать об аутентичности последних. Для ее проверки была использована следующая методика, основанная на методах квантитативной лингвистики. В качестве объекта анализа были взяты полные тексты солдатских разговоров, приведенные в книгах С. Федорченко и Л. Войтоловского (10), и составлены их словари. Определена длина обоих текстов (общее количество слов: 4536 у Л. Войтоловского и 15609 ? у С. Федорченко). Затем проведено укрупнение словарных единиц на основе объединения одних и тех же слов, находящихся в разных падежных или временных формах (получилось 1406 слов у Л. Войтоловского и 2865 ? у С. Федорченко). Эти цифры свидетельствуют о почти двукратном превосходстве словарного арсенала текстов С. Федорченко, к оценке которого обратимся ниже. Далее мы определили частоту встречаемости и удельный вес (отношение частоты встречаемости слова к длине текста) каждого слова в общем массиве текстов. Были выявлены наиболее употребительные слова, дана интерпретация частоты встречаемости слов и доминирования некоторых из них в том и другом текстах.

Однотипность и принципиальное сходство речевых комплексов, их происхождение из одного источника могут быть установлены с помощью определения доли употребления в них основных частей речи: глаголов, прилагательных, существительных, не поддающейся сознательному контролю человека. В результате определения этих показателей в исследуемых текстах мы пришли к выводу об их принципиальном сходстве, так как доли наиболее значимых (с точки зрения поставленных задач) частей речи: глаголов (18,8% ? у Л. Войтоловского, 21,3% ? у С. Федорченко) и прилагательных (9,1% ? у Л. Войтоловского, 8,3% ? у С. Федорченко) оказались очень близкими.

Таким образом, более богатый словарный запас текстов С. Федорченко позволяет говорить о некотором литературном оформлении в них солдатских разговоров. Однако принципиальное сходство структуры языка обоих речевых комплексов, установленное с помощью количественных методов, дает основание для вывода об их соответствии первоисточнику.